Информация

Дополнительная информация

Почему наше будущее зависит от чтения

Why our future depends on libraries, reading and daydreaming?

Neil Gaiman, https://www.theguardian.com/books/2013/oct/15/neil-gaiman-future-libraries-reading-daydreaming
Перевод: Наталья Стрельникова.

Если у вас есть друзья-математики, которые спрашивают вас, зачем читать художественную литературу, дайте им этот текст. Если у вас есть друзья, которые убеждают вас, что скоро все книги станут электронными, дайте им этот текст. Если вы с теплотой (или наоборот с ужасом) вспоминаете походы в библиотеку, прочитайте этот текст. Если у вас подрастают дети, прочитайте с ними этот текст, а если вы только задумываетесь о том, что и как читать с детьми, тем более прочитайте этот текст.

Людям важно объяснять, на чьей они стороне. Своего рода декларация интересов.

Итак, я собираюсь поговорить с вами о чтении и о том, что чтение художественной литературы и чтение для удовольствия является одной из самых важных вещей в жизни человека.

И я очевидно очень сильно пристрастен, ведь я писатель, автор художественных текстов. Я пишу и для детей, и для взрослых. Уже около 30 лет я зарабатываю себе на жизнь с помощью слов, по большей части создавая вещи и записывая их. Несомненно я заинтересован, чтобы люди читали, чтобы люди читали художественную литературу, чтобы библиотеки и библиотекари существовали и способствовали любви к чтению и существованию мест, где можно читать. Так что я пристрастен как писатель. Но я гораздо больше пристрастен как читатель.

Однажды я был в Нью-Йорке и услышал разговор о строительстве частных тюрем – это стремительно развивающаяся индустрия в Америке. Тюремная индустрия должна планировать свой будущий рост – сколько камер им понадобится? Каково будет количество заключенных через 15 лет? И они обнаружили, что могут предсказать все это очень легко, используя простейший алгоритм, основанный на опросах, какой процент 10 и 11-летних не может читать. И, конечно, не может читать для своего удовольствия.

В этом нет прямой зависимости, нельзя сказать, что в образованном обществе нет преступности. Но взаимосвязь между факторами видна. Я думаю, что самые простые из этих связей происходят из очевидного:

Грамотные люди читают художественную литературу.

У художественной литературы есть два назначения:

• Во-первых, она открывает вам зависимость от чтения. Жажда узнать, что же случится дальше, желание перевернуть страницу, необходимость продолжать, даже если будет тяжело, потому что кто-то попал в беду, и ты должен узнать, чем это все кончится… в этом настоящий драйв. Это заставляет узнавать новые слова, думать по-другому, продолжать двигаться вперед. Обнаруживать, что чтение само по себе является наслаждением. Единожды осознав это, вы на пути к постоянному чтению.

Простейший способ гарантировано вырастить грамотных детей – это научить их читать и показать, что чтение – это приятное развлечение. Самое простое – найдите книги, которые им нравятся, дайте к ним доступ и позвольте их прочесть.

Не существует плохих авторов для детей, если дети хотят их читать и ищут их книги, потому что все дети разные. Они находят нужные им истории, и они входят внутрь этих историй. Избитая затасканная идея не избита и затаскана для них. Ведь ребенок открывает ее впервые для себя. Не отвращайте детей от чтения лишь потому, что вам кажется, будто они читают неправильные вещи. Литература, которая вам не нравится, – это путь к книгам, которые могут быть вам по душе. И не у всех одинаковый с вами вкус.

И вторая вещь, которую делает художественная литература, – она порождает эмпатию. Когда вы смотрите телепередачу или фильм, вы смотрите на вещи, которые происходят с другими людьми. Художественная проза – это что-то, что вы производите из 33 букв и пригоршни знаков препинания, и вы, вы один, используя свое воображение, создаете мир, населяете его и смотрите вокруг чужими глазами. Вы начинаете чувствовать вещи, посещать места и миры, о которых вы бы и не узнали. Вы узнаете, что внешний мир – это тоже вы. Вы становитесь кем-то другим, и когда возвратитесь в свой мир, то что-то в вас немножко изменится.

Эмпатия – это инструмент, который собирает людей вместе и позволяет вести себя не как самовлюбленные одиночки.

Вы также находите в книжках кое-что жизненно важное для существования в этом мире. И вот оно: миру не обязательно быть именно таким. Все может измениться.

В 2007 году я был в Китае, на первом одобренном партией конвенте по научной фантастике и фэнтези. В какой-то момент я спросил у официального представителя властей: почему? Ведь НФ не одобрялась долгое время. Что изменилось?

Все просто, сказал он мне. Китайцы создавали великолепные вещи, если им приносили схемы. Но ничего они не улучшали и не придумывали сами. Они не изобретали. И поэтому они послали делегацию в США, в Apple, Microsoft, Google и расспросили людей, которые придумывали будущее, о них самих. И обнаружили, что те читали научную фантастику, когда были мальчиками и девочками.

Литература может показать вам другой мир. Она может взять вас туда, где вы никогда не были. Один раз посетив другие миры, как те, кто отведали волшебных фруктов, вы никогда не сможете быть полностью довольны миром, в котором выросли. Недовольство – это хорошая вещь. Недовольные люди могут изменять и улучшать свои миры, делать их лучше, делать их другими.

Верный способ разрушить детскую любовь к чтению – это, конечно, убедиться, что рядом нет книг. И нет мест, где дети бы могли их прочитать. Мне повезло. Когда я рос, у меня была великолепная районная библиотека. У меня были родители, которых можно было убедить забросить меня в библиотеку по дороге на работу во время каникул.

Библиотеки – это свобода. Свобода читать, свобода общаться.
Это образование (которое не заканчивается в тот день, когда мы покидаем школу или университет), это досуг, это убежище и это доступ к информации.

Я думаю, что тут все дело в природе информации. Информация имеет цену, а правильная информация бесценна. На протяжении всей истории человечества мы жили во времена нехватки информации. Получить необходимую информацию всегда было важно и всегда чего-то стоило. Когда сажать урожай, где найти вещи, карты, истории и рассказы – это то, что всегда ценилось за едой и в компаниях. Информация была ценной вещью, и те, кто обладали ею или добывали ее, могли рассчитывать на вознаграждение.

В последние годы мы отошли от нехватки информации и подошли к перенасыщению ею. Согласно Эрику Шмидту из Google, теперь каждые два дня человеческая раса создает столько информации, сколько мы производили от начала нашей цивилизации до 2003 года. Это что-то около пяти эксобайтов информации в день, если вы любите цифры. Сейчас задача состоит не в том, чтобы найти редкий цветок в пустыне, а в том, чтобы разыскать конкретное растение в джунглях. Нам нужна помощь в навигации, чтобы найти среди этой информации то, что нам действительно нужно.

Книги – это способ общаться с мертвыми. Это способ учиться у тех, кого больше нет с нами. Человечество создало себя, развивалось, породило тип знаний, которые можно развивать, а не постоянно запоминать. Есть сказки, которые старше многих стран, сказки, которые надолго пережили культуры и стены, в которых они были впервые рассказаны.

Если вы не цените библиотеки, значит, вы не цените информацию, культуру или мудрость. Вы заглушаете голоса прошлого и вредите будущему.

Мы должны читать вслух нашим детям. Читать им то, что их радует. Читать им истории, от которых мы уже устали. Говорить на разные голоса, заинтересовывать их и не прекращать читать только потому, что они сами научились это делать. Делать чтение вслух моментом единения, временем, когда никто не смотрит в телефоны, когда соблазны мира отложены в сторону.

Мы должны пользоваться языком. Развиваться, узнавать, что значат новые слова и как их применять, общаться понятно, говорить то, что мы имеем в виду. Мы не должны пытаться заморозить язык, притворяться, что это мертвая вещь, которую нужно чтить. Мы должны использовать язык как живую вещь, которая движется, которая несет слова, которая позволяет их значениям и произношению меняться со временем.

Писатели – особенно детские писатели – имеют обязательства перед читателями. Мы должны писать правдивые вещи, что особенно важно, когда мы сочиняем истории о людях, которые не существовали, или местах, где не бывали, понимать, что истина – это не то, что случилось на самом деле, но то, что рассказывает нам, кто мы такие.

В конце концов, литература – это правдивая ложь, помимо всего прочего. Мы должны не утомлять наших читателей, но делать так, чтобы они сами захотели перевернуть следующую страницу. Одно из лучших средств для тех, кто читает с неохотой – это история, от которой они не могут оторваться.

Мы должны говорить нашим читателям правду, вооружать их, давать защиту и передавать ту мудрость, которую мы успели почерпнуть из нашего недолгого пребывания в этом зеленом мире. Мы не должны проповедовать, читать лекции, запихивать готовые истины в глотки наших читателей, как птицы, которые кормят своих птенцов предварительно разжеванными червяками. И мы не должны никогда, ни за что на свете, ни при каких обстоятельствах писать для детей то, что бы нам не хотелось прочитать самим.

Все мы – взрослые и дети, писатели и читатели – должны мечтать. Мы должны выдумывать. Легко притвориться, что никто ничего не может изменить, что мы живем в мире, где общество огромно, а личность меньше чем ничто, атом в стене, зернышко на рисовом поле. Но правда состоит в том, что личности меняют мир снова и снова, личности создают будущее, и они делают это, представляя, что вещи могут быть другими.

Оглянитесь. Я серьезно. Остановитесь на мгновение и посмотрите на помещение, в котором вы находитесь.

Я хочу показать что-то настолько очевидное, что его все уже забыли. Вот оно: все, что вы видите, включая стены, было в какой-то момент придумано. Кто-то решил, что гораздо легче будет сидеть на стуле, чем на земле, и придумал стул. Кому-то пришлось придумать способ, чтобы я мог говорить со всем вами в Лондоне прямо сейчас, без риска промокнуть. Эта комната и все вещи в ней, все вещи в здании, в этом городе существуют потому, что снова и снова люди что-то придумывают.

Мы должны делать вещи прекрасными. Не делать мир безобразнее, чем он был до нас, не опустошать океаны, не передавать наши проблемы следующим поколениям. Мы должны убирать за собой, и не оставлять наших детей в мире, который мы так глупо испортили, обворовали и изуродовали.

Однажды Альберта Эйнштейна спросили, как мы можем сделать наших детей умнее. Его ответ был простым и мудрым. Если вы хотите, чтобы ваши дети были умны, сказал он, читайте им сказки. Если вы хотите, чтобы они были еще умнее, читайте им еще больше сказок. Он понимал ценность чтения и воображения.

Я надеюсь, что мы сможем передать нашим детям мир, где они будут читать, и им будут читать, где они будут воображать и понимать.


Невозможное возможно!

Он не знал, что это невозможно. He did not know that it was impossible.

Сначала мы смотрим на мир впервые и получаем об окружающей действительности первоначальные знания, которые, при ближайшем рассмотрении оказываются просто чьим-то мнением, пусть даже и обоснованным.

Я не призываю вас всё подвергать сомнению.
Я призываю вас не считать невозможным то, что посчитали невозможным другие, — это в их мире это стало невозможным.
Вы император своего мира и пусть в вашем мире совершается то, что вы изберёте.
Единственное мнение, которое нужно принимать во внимание, — это мнение Господа Бога, Создателя всего сущего.

————————-
Проработав два года в Бюро трудовой статистики Министерства труда США, в 1939 г. Джордж Бернард Данциг поступил в Калифорний университет в г. Беркли на факультет статистических наук под патронатом математика Ежи Неймана. Ему тогда было 25 лет.

Однажды он на 20 минут опоздал на занятия по статистике. Войдя, Джордж попытался понять, что он пропустил за 20 минут. — На доске были записаны условия двух задач.

Данциг решил, что эти задачи являются домашним заданием и переписал их себе в тетрадь.
Дома ему пришлось приложить много усилий в течение нескольких дней, чтобы решить эти задачи, — пришлось не раз пожалеть о своём опоздании из-за которого, как Джордж думал, он не имел дополнительной информации.
Решив «домашнее задание», Джордж на кафедре сдал тетрадь Е. Нейману, который, будучи чем-то занят, рассеяно принял решение, о котором вспомнил через пару дней.

Когда Ежи Нейман «добрался» до тетради Джорджа, он был несказанно удивлён и обрадован. Дело в том, что в начале того урока, на который опоздал Джордж, профессор, в качестве примера написал на доске две теоремы, которые ещё не было доказаны!

If you search the Web for «urban legend George Dantzig» you will probably find the first hit to be «Snopes.com, The Unsolvable Math Problem». That site recounts the story of how George, coming in late for class, mistakenly thought two problems written on the board by Neyman were homework problems. After a few days of struggling, George turned his answers in. About six weeks later, at 8 a.m. on a Sunday morning, he and Anne were awakened by someone banging on their front door. It was Neyman who said, «I have just written an introduction to one of your papers. Read it so I can send it out right away for publication».

http://www.orms-today.org/orms-8-05/dantzig.html

Решение этих двух «задач» было засчитано профессором Ежи Нейманом в качестве докторской диссертации Джорджа Данцига.

Думается, что если бы Данциг «знал», что данные задачи неразрешимы, он бы не имел достаточного настроя и силы устремлённости для их решения.
Мы можем делать и достигать того, что все считают невозможным. Если только не убедим себя сами в том, что это невозможно.
Всё, что совершается с нами в этом мире, сначала происходит в наших мыслях, у нас «в голове». Всё, что совершил человек в своих мыслях, уже произошло, независимо от материальной реализации этого явления (события).

Необходимо знать, что в этом мире невозможно ничего «придумать» из несуществующего, так как человек не является творцом и все его достижения и озарения являются лишь уникальной способностью увидеть то, что уже существует во вселенной, информационном пространстве, духовном мире. Всё то, что может прийти нам в голову, всё, что мы можем представить, уже существует и нам дано реализовать это, вызвать к жизни в материальном мире.

George Bernard Dantzig (/ˈdæntsɪɡ/; November 8, 1914 – May 13, 2005) was an American mathematical scientist who made important contributions to operations research, computer science, economics, and statistics.
Dantzig is known for his development of the simplex algorithm, an algorithm for solving linear programming problems, and for his other work with linear programming. In statistics, Dantzig solved two open problems in statistical theory, which he had mistaken for homework after arriving late to a lecture by Jerzy Neyman.
Dantzig was the Professor Emeritus of Transportation Sciences and Professor of Operations Research and of Computer Science at Stanford.

По мотивам жизни Джорджа Данцига был снят фильм «Good will hunting».


Почему молодежь будущего никогда не найдет работу?

Основатель SuperJob объяснил, почему молодежь будущего никогда не найдет работу

Алексей Захаров. Источник: http://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/355947-osnovatel-superjob-obyasnil-pochemu-molodezh-budushchego-nikogda-ne

Активная информатизация и роботизация серьезно перевернут рынок труда уже через 10-15 лет. Очевидные перемены станут реальностью через пять лет, а к кому-то безработица постучится уже завтра.

Скоро в вузах начнется очередная волна поступления, и миллионы вчерашних школьников должны будут определиться, чем будут заниматься всю жизнь. Но уже сейчас понятно, что некоторые из них никогда не найдут работу по специальности и не станут успешны в профессиональном плане. Это неизбежность, которую нельзя изменить. Через 20-25 лет мы неизбежно получим поколение тех, кто не сможет найти работу никогда. Рейтинги вузов, «популярные« профессии, специальности, когда-то бывшие стабильным «крайним случаем», — все это вчера стало неактуально. Мир меняется быстрее, чем читается этот текст, и прямо сейчас многие из нас становятся все менее нужны цифровой экономике будущего.

В начале было любопытство

Согласно исследованию Boston Consulting Group, посвященного перспективам развития России до 2025 года, высшее образование в большинстве вузов потеряло в качестве, хотя и приросло в количестве, то есть массово распространилось (хотя это видно и невооруженным глазом даже обывателю). При этом 91% работодателей отмечают нехватку практических знаний у выпускников.

Источник: http://worldskills.ru/assets/docs/media/Skills_Outline_web_tcm27-175469.pdf

Попытаемся ответить на вопрос, как такое вообще возможно. Все дело в том, что сегодняшние вузы получают уже «бракованный материал» в виде людей, которые просто не умеют учиться, получая высшее образование ради корочки, чтобы не ходить в армию, просто потому что так надо и так решили родители. Они не заинтересованы в профессии, не понимают, кем они будут работать после окончания вуза.

Все начинается с тотального провала в системе дошкольного и школьного образования. Одни из самых низкооплачиваемых сотрудников в стране — это воспитатели дошкольных учреждений и учителя младшей школы. А именно им мы доверяем будущее наших детей.

Все, что они заложат в ребенка, останется с ним навсегда.

Все, что они испортят, уже никто и никогда не исправит.

Это настоящие вершители судеб, и часто они имеют возможность влиять на ребенка даже больше родителей, которые не могут или не хотят углубляться в воспитание и образование.

В свою очередь у каждого ребенка есть «программа» самообучения, заложенная генетикой.

Она действует до момента полового созревания, а затем выключается. Учителя хорошо знают, что большинство людей после того, как «тестостерон пошел в кровь», научить чему-то совершенно новому практически невозможно.

После условных 12 лет продолжают активно учиться и развиваться только те, кому еще до школы заложили установки на постоянное обучение и не успели их уничтожить в младших классах. Таких людей, к сожалению, меньшинство.

Большинство просто боится задавать себе и окружающему миру вопросы и искать на них ответы. «Почемучку» убили сначала в семье: «Отстань со своими дурацкими вопросами! Папа устал!». Потом добили в младшей школе: «Сказано отступить две клеточки! Значит две! Потому что! Самый умный? Пойдешь сейчас за родителями!».

В результате: средняя школа, старшая школа, вуз — это просто социальная передержка для большинства населения страны. Впустую потраченные самые лучше и продуктивные для обучения годы.

Из таксиста в программисты

Если бы нам сегодня понадобилось набрать студентов для шести МФТИ, пяти «Бауманок» и нескольких МИФИ, мы бы просто не нашли достаточного количества абитуриентов. Широкая сеть вузов получает молодых людей, не умеющих учиться, не имеющих элементарных навыков к самостоятельному получению знаний. При этом обучение в высшем учебном заведении изначально устроено по принципу 30/70, где 70% учебного материала остается на самостоятельное изучение.

BCG в уже упомянутом исследовании утверждает, что по достижении 25 лет большинство вовсе перестает учиться, а повышение квалификации носит формальный характер.

Мода на онлайн-образование — чаще пиар и не способна коренным образом изменить ситуацию. Видеолекции Массачусетского технологического института или Высшей школы экономики не сделают из таксиста программиста, как бы грубо это ни звучало.

За последние три года сотрудники Superjob провели более 500 профориентационных мероприятий в высших учебных заведениях и колледжах, и мы видим: большинство студентов мало что знает о своей будущей профессии, не в состоянии назвать даже десяти компаний, где их знания будут востребованы. Они не знают, каким образом искать работу после окончания, какую зарплату и за что они смогут получать.

У молодых людей есть совершенно оторванные от жизни «хотелки» по поводу будущей зарплаты и места работы. Таким образом, мы имеем архаичную государственную систему образования без ясных целей, понятных тем, кому это особенно важно, — родителям завтрашних специалистов и самим молодым людям.

Спрос на качество образование и кадровый голод

В российском обществе отсутствует мода и спрос на качественное образование. При этом в маленьком Сингапуре, например, практически каждая семья озабочена тем, чтобы ребенок получил самое лучшее образование из возможных. Здесь существует культ образования, и государство это всячески поддерживает. В России же образование катастрофически недофинансировано.

Любопытный факт. В 2018-2020 годах из федерального бюджета на образование планируется выделять 663 млрд, 653 млрд и 668 млрд рублей соответственно. По отношению к объему ВВП доля расходов раздела «Образование» в 2017-2018 годах равняется 0,7%, в 2019-2020 годах — 0,6%.

Дальше следим за руками. В наступившем году Минфин при нынешнем порядке цен на нефть планирует получить около 2 трлн рублей дополнительных нефтегазовых доходов, которые будут направлены на финансирование образования в странах, которые ввели санкции против России.

Мы будем пополнять наши резервы путем закупок валюты. Наверняка, в этом есть глубокий экономический смысл, но этот смысл понятен только очень продвинутым экономистам.

Сегодня мы имеем колоссальный кадровый голод, например, в области информационных технологий и огромный пласт людей, занятых в отраслях, которые попадают под процессы автоматизации и роботизации. Кто же будет строить экономику новой цифровой России?

Уже сегодня мы имеем бомбу замедленного действия. В условиях цифровой экономики огромная часть населения страны неконкурентоспособна, и пропасть между высококвалифицированными и остальными будет расти дальше.

Хорошо образованные и постоянно повышающие свой уровень, а следовательно, востребованные специалисты, будут становиться богаче. А тот, кто не востребован сегодня в компаниях-лидерах, завтра сможет надеяться только на государственное пособие.

Так, мы приходим к выводу: в будущем оставаться конкурентоспособным, необходимы совершенно новые навыки, которыми не обладают машины. Иметь работу в будущем становится привилегией, право на труд — одним из элитных прав.

Проблема, с которой мы сталкиваемся уже сегодня, не уникальна, это глобальный вызов. Разниться будут только страновые масштабы. Искать решение нужно было еще вчера. Эксперименты по внедрению базового безусловного дохода — это поиск одного из путей, подходящий компактным европейским странам.

Отсрочкой маргинального взрыва в российских условиях могут стать ограничение трудовой миграции, снижение пенсионного возраста, увеличение сроков отпуска по уходу за ребенком. На это необходимы серьезные бюджетные средства. Где их взять? Не знает никто. Ни в России, ни в США, ни в ЕС.

Что можно сделать сегодня?

1. Прописать цели образования, понятные любому первокласснику, без всяких «дорожных карт» на 600 страниц. Сделать качественное образование модным во всех слоях общества, а не только у 5% элиты и сочувствующих.

2. Расстандартизировать школьную программу: перейти к контролю результатов обучения, сосредоточившись на индивидуальных результатах каждого ученика. Благо современные технологии уже это позволяют делать.

3. Ввести в школах и вузах обязательные курсы профориентации, но сделать упор не на конкретную профессию (в этом нет большой пользы), а на поиск своего места в жизни, на установку на постоянное совершенствование и грамотное поведение на рынке труда.

4. Кардинально увеличить финансирование дошкольного образования и младшей школы, в первую очередь в части зарплат воспитателей и учителей. И в соответствии с этим повысить требования к специалистам.


В Западной Европе сегрегация уже давно является нормой

Источник: https://lastcall.su/nam-pishut/britain.html

Евгений, учитель математики, Великобритания:

Я с большим удовольствием (если так можно сказать) посмотрел ваш фильм. Но вы видите только сравнение с самими собой и предшественниками, а я проживаю в западной Европе, где сегрегация уже давно является нормой и даёт свои плоды. Порядка 95% местной элиты закончили частные школы. Они эрудированы, разбираются в истории, математике и остальных науках на достаточно высоком уровне для того, чтобы понять происходящее вокруг них и направить «быдло» в нужном им направлении. Одним из самых важных аспектов данной системы является упрощение пропаганды до примитивной лжи. Людям просто врут, а они, в силу своего слабого образования, тупо верят. Они не задаются вопросами «Почему?», «Зачем?» и «Кому это может быть выгодно?». Для них всё уже разложено по полочкам.

Всеобщая толерантность похожа на паранойю:

1) Надо обязательно помогать бездомным — кого интересует, откуда они берутся? Но по радио сказали, что их нужно спасать;

2) Иммигранты забирают рабочие места — неважно, откуда берутся иммигранты кому это выгодно;

3) Весь Ближний Восток остро нуждается в нашем главном экспортном продукте — демократии;

4) Говорить вслух о своей неприязни к представителям ЛГБТ (мне они действительно неприятны, но я ни в коем случае не призываю к насилию) нельзя под страхом ареста. Говорить о том, что толстый человек — толстый, нельзя. Называть девочек в школе для девочек девочками нельзя — это может оскорбить трансгендеров (официальный запрет). Я мог бы продолжить.

5) Девочка 13-ти лет, занимающая лидирующие позиции в классе, просит меня подождать и не давать новых условий задачи, так как ей надо достать калькулятор и поделить 25 пополам. И она не исключение, она правило.

6) Молодёжь в возрасте 20-22 лет не знает, что такое Советский Союз. Вообще как понятие. Я не могу объяснить, где я родился. Но те, кто постарше, совершенно уверены в том, что жить стало в разы легче после его развала. «Вы же стали свободными!». Да, стали, но жрать стало нечего…

И ещё интересный факт: в большинстве высших учебных заведений не преподают высшую математику даже студентам компьютерных направлений, а у архитекторов нет физики. «Как?» — спросите вы. Просто нет.

Пусть люди бегут за бугор, но на родине надо что-то делать. Мы скоро станем страной дебилов, как и Великобритания.

Я здесь живу вот уже 13 лет и со всей ответственностью заявляю: за исключением правящих элит здесь все тупые как пробки. И это не генетическая особенность, а система образования.

Я попробую предсказать следующий шаг наших реформаторов. Для того, чтобы продолжать оставаться у власти, надо ставить более серьёзные барьеры на пути к образованию.

В Великобритании уже давно поняли, что просто денежного отсечения «быдла» мало. При поступлении в престижные школы проверяют досье родителей. Это не шутка. Если у вас есть деньги, но нет статуса в обществе, то в некоторые школы (в те, где учатся дети элиты) вы просто не попадёте.

Сегрега́ция (позднелат. segregatio — отделение) — политика принудительного отделения какой-либо группы населения. Обычно упоминается как одна из форм религиозной и расовой дискриминации (отделение группы по расовому или этническому признаку). Различается сегрегация де-юре и де-факто. Практически исчезла после успехов, достигнутых движением за права человека во второй половине XX века и ныне встречается крайне редко. Однако в большинстве стран, где некогда существовала административная сегрегация, она до сих пор может существовать де-факто.

Сегрегация может приобретать новые формы (практика красной черты). Возникают новые феномены: гиперсегрегация, ресегрегация, интеграция (англ.) русск. и пр.

Не следует путать сегрегацию с дискриминацией. Дискриминация — более общее явление, не обязательно включающее сегрегацию.

Вот вам ещё один пример, к чему приводит всеобщая толерантность:

Фильм «Последний звонок» в 3-х сериях:


«Увидеть» английский и жить!

«My grandma said that English is difficult and for intelligent people only!»

Что ждёт тех, кто покидает свою страну в поисках лучшей доли, длительной работы или путешествий?
Длительное проживание за рубежом всегда «выворачивает наизнанку».

Мало кто осознает, что переезд в чужую страну, — это почти всегда падение уровня социального статуса, а незнание языка страны пребывания отбросит ещё ниже. Без хорошего знания языка можно претендовать только на низкооплачиваемую работу в качестве обслуживающего персонала.

Если мышление было негативным на родине, то от пересечения границы оно не изменится. Куда бы мы не поехали, мы берём с собой себя. Тот, кто рассматривает переезд как способ безболезненно решить разом все свои проблемы, потерпит фиаско.

Переезд, — очень сильный стресс, это всегда перерождение и самая важная его часть, — это освоение другого языка. Неспособность освоить язык на хорошем уровне является корнем почти всех причин возвращения обратно.

Человек попадает в совершенно новые для него обстоятельства: другой мир, другие люди, другие ценности, другой взгляд на жизнь. Но, самое основное, — это другой язык, который и определяет все вокруг. Ведь другой язык, — это и есть другой мир.

Довольно часто, человек, подсознательно пытается скрыться от всего «другого», сбегая в «русское гетто»: начинает общаться и жить среди русскоговорящих, искусственно создавая себе потерянную «зону комфорта».

И, как следствие, словарный запас не расширяется, ты не понимаешь местных жителей, а они тебя, переспрашиваете друг друга по несколько раз, пытаясь повышенным тоном и жестами компенсировать неспособность общаться.

Освоение языка — это длительный процесс и глупо рассчитывать, что вот мы приехали в Британию, Америку, Австралию или Новую Зеландию и через пару месяцев свободно заговорили по-английски. При благоприятных условиях мы сможем через несколько месяцев общаться на бытовые темы. Но мы не сможем успешно пройти интервью и устроиться на работу без свободного владения языком.

Это, такая «святая простота», то есть, глупость, считать, что без свободного владения языком перед нами «откроются все двери». Нас всегда будут считать «чужими», да и чувствовать мы себя будем также.

В другой стране, кроме всего прочего, нас ждёт «культурный шок» и тяжёлый труд.

И тут каждый выбирает сам, что ему делать: осваивать язык, искать работу, идти по карьерной лестнице или искать социальную помощь и пособие. И через несколько лет люди из этих групп сильно различаются друг от друга по условиям жизни. Те, кто не достиг чего-то, часто не берут на себя ответственность и транслируют чувство вины на всё и вся вокруг.

Представьте, что вы владелец бизнеса или менеджер в России и к вам пришел хороший специалист, например из Узбекистана или Киргизии, который говорит по-русски как Равшан и Джамшут. Насколько он хорош, чтобы дополнительно нанимать ему переводчиков и помощников?
Мы даже на родном языке не всегда понимаем сразу, что именно хочет собеседник. От того, что мы свободно не владеем языком страны пребывания, не то, что работу хорошую нереально будет найти, но ещё будет масса дополнительных бытовых проблем.

Чтобы иметь достойную работу в стране пребывания, придется подтвердить полученный нами диплом, пройти тестирование, экзамен по языку и переаттестацию. Язык должен «отскакивать от зубов».
Без знания английского языка человека не возьмут даже для работы на ферме на выкапывание картофеля.

А неграмотный работник ж/д узла, не разобрав команды диспетчера, может перевести стрелки не в том направлении, что приведёт к катастрофе и человеческим жертвам. И это не выдумки, а суровая реальность…

25 января 1990 года слабое знание английского языка сыграло ключевую роль в катастрофе, происшедшей в США. Аварию потерпел самолет «Боинг-707» колумбийской авиакомпании Avianca. Погибли 73 человека из 158 находившихся на борту, остальные были серьезно покалечены. Одной из причин комиссия по расследованию назвала неспособность экипажа языковыми средствами сообщить диспетчеру о малом остатке топлива.
В другом случае марокканский грузчик, который загружал багаж в самолет, не смог прочитать надлежащие инструкции по фиксации двери багажного отделения из-за незнания английского и турецкого языков. У самолета Turkish Airlines (рейс 981) на высоте трех километров сорвало защелку грузовой двери. Это привело к взрывной декомпрессии, и самолет врезался в лес в предместьях французского города Эрменонвиль – 346 погибших.

Мы хотим жить в стране пребывания на хорошем уровне? Тогда мы должны быть лучше местных во всём: нужно говорить лучше, демонстрируя свободное владение речью и работать лучше. Таких людей мало и среди «аборигенов» и они всегда нарасхват.

Грамотная речь лучше любого диплома производит неизгладимое впечатление.

Человек, не говорящий на хорошем английском, для американца с высшим образованием и годовым окладом от $100 000 в год всегда будет смешной говорящей обезьянкой, а для менее состоятельного, — негодяем и конкурентом, который нелегально трудится за копейки и не даёт ему получать нормальную зарплату.

И пусть вас не вводят в заблуждение их улыбки, — без хорошего английского человек так и останется в низах. Люди, безропотно выполняющие грязную и низкооплачиваемую работу именно для этого и нужны обществу. Пока будут необходимы «чернорабочие» и секс-услуги, до тех пор «местные» с фарфоровыми улыбками и будут терпеть мигрантов.

Любой человек, говорящий косноязычно, неграмотно, неразборчиво даже на родном языке подсознательно воспринимается окружающими как умственно отсталый. Именно так иностранец и будет воспринимать приезжего, не владеющего языком.

7 февраля 2018 г. турецкий министр Ахмет Арслан выступал в центре науки и техники в Анкаре. «Ведущим» этого мероприятия был робот Sanbot, который несколько раз перебил министра, пытаясь заставить его говорить медленнее. «Говори медленнее. Я не понимаю, что ты сказал. О чем ты говоришь?», — цитирует «Hurriyet» реплики робота (“Speak slowly, I do not understand what you said. What are you talking about?”).

http://www.hurriyetdailynews.com/robot-silenced-for-interrupting-turkish-ministers-speech-in-ankara-126867

То ли министр невнятно произносил слова, то ли говорил слишком быстро, но у робота отключили микрофон, а по окончании мероприятия он был перепрограммирован.

Думается, если бы нечто подобное могло происходить в случаях неграмотной речи, то «нарушители» быстро бы освоили язык.
Но, даже, если бы это было возможно, результат освоения английского языка всё равно был бы удручающим. Мы же говорим об устном языке. А ведь даже за рубежом никто не ставит произношение, без которого любая коммуникация становится возможной только на уровне письменной речи или жестами. Человек, который не освоил правильную устную речь, может общаться только как глухонемой: записками или знаками.

Что говорят сами носители о своём языке?

https://www.oxford-royale.co.uk/articles/learning-english-hard.html

One of the reasons why English is known for being difficult is because it’s full of contradictions.
One of the hardest things about English is that although there are rules, there are lots of exceptions to those rules – so just when you think you’ve got to grips with a rule, something comes along to shatter what you thought you knew by contradicting it.
So learning English isn’t just a question of learning the rules – it’s about learning the many exceptions to the rules. The numerous exceptions make it difficult to apply existing knowledge and use the same principle with a new word, so it’s harder to make quick progress.
As if the spelling wasn’t hard enough, English pronunciation is the cause of much confusion among those trying to learn English. Some words are very low on vowels, such as the word “strengths”, which is hard to say when you’re not accustomed to English pronunciation. What’s more, words that end in the same combination of letters aren’t necessarily pronounced in the same way.

https://www.quora.com/Why-is-it-so-hard-to-learn-English

Bill Drake, BS English & Anthropology, Dickinson College.
English is not an easy language, but how you approach learning to read, speak and write English can make it either difficult or enjoyable. When you ask why it is “so hard”, I sense that you have not yet found a way to make it enjoyable. It may be that you are treating it as a task, which makes learning something to be judged as a success or a failure. Is there a way that you can integrate learning English with something that you enjoy doing?
However, the principle that I am suggesting is that you find a way to integrate learning English with doing something that you find enjoyable, rather than approaching it as a task at which you either succeed or fail. And by the way, I am a native English speaker and have been a published writer for almost 50 years, and I still make spelling and grammar mistakes — and my Spanish and French makes my friends who speak those languages laugh at me (although their English isn’t always perfect either).

Puneet Biseria
I will try to explain why it is so hard to learn English, but I will concentrate only on Indian students and the Indian education system.
This is also a part of my Ph.D.
The FIRST reason is we do not have a sufficient amount of good and trained English teachers.
Most of the teachers in India do not have TEACHING aptitude.
Most of the teachers do not know sufficient English, to teach sufficiently.
Most of the teachers are not adequately trained to teach effectively.Here is the link….

Joel Dyess
English is very idiomatic, allowing speech to be a colorful poetic and sometimes humorous adventure.
All these things make English difficult to learn and master. And native speakers can distinguish how well you know the language and how proficient you are speaking just from a few brief sentences.
You will say things that to native speakers will make no sense. You will say things that will make people laugh or look at you perplexed.

Garrick Nehls, Curriculum Developer & Teacher of Business English
Because it is such a weird and messy language.
English grammar rules have so many exceptions and irregularities.
Words have so many synonyms. (big, large, enormous, humongous, huge, monstrous, vast, gigantic, massive…)
Each synonym has its own level of formality and connotation.
Prepositions do not have a distinct meaning.
There are right and wrong word partnerships. (fast car = correct. quick car = wrong)
We do not pronounce the way we spell. (ex: tongue, though, tough)
Idioms and phrasal verbs do not follow the literal meaning of the words.(ex: throw up, figure out).
Most people who grow up speaking English can’t even explain their own grammar. Yet, because it is so crazy and confusing, it’s so much fun to learn.

Jaryn Capek, Tireless World Wanderer
I can answer like this. I hear this question from my students almost everyday. I hear them saying: «My grandma said that English is difficult and for intelligent people only!»

Suri Do
It is difficult to reply if you don’t understand what they are saying.
It can be difficult to pronounce English words. When speaking English, you have to consider not just word pronunciation but the connections between the words in the sentence. Rhythm and intonation of the sentence are other difficult things.
Sometimes it is difficult to say what you are thinking because you are missing two or three important vocabulary words.

Joshuwa Proctor, Corporate Information Technology at Jeld-Wen
Another defining characteristic of English, at least in terms of being able to read or write it, is that we often also have silent letters. Not every letter is pronounced as part of speaking it. This can be confusing for those folks who are only beginning to learn English, particularly if you’re trying to learn the language on your own.

Richard P. Morrall, former Teacher, Librarian, Coach retired.
If, after twelve years of education in English, freshmen in college still have to take a remedial English class before they can take their first college-level English class, one can imagine the difficulty for a new English learner.

David Cotton, Trainer, author, musician, hypnotherapist
English spelling is a nightmare. Where many languages are largely phonetic — you know how to pronounce a word from its spelling — English is not. I can think of nine different ways to pronounce the letters ‘ough’ according to the word in which you find them.
Most native speakers do not speak with grammatical precision, so what you hear will not reflect what you learnt.

Paul Larkin, studied at University of London
Great question. Even the English find it hard to learn. Because it is such an old language, there have been many variations on verb tenses, grammar structures etc. Plus many scholars have studied and changed its structure and vocabulary. I feel your pain…

Stewart King, Teacher
Because it’s an amalgamation of a number of languages; takes its spelling and pronunciation rules from all of them then adds some words from many more. Then it allows you to change nouns into verbs, verbs into adjectives, adjectives into nouns, all without the necessity of bothering with genders and with minimal conjugation if any at all. Or, you can coin new words if you’re so moved.

Richard A Schulman, teacher of English as a foreign language specializing in guiding Spanish speaker
English language resources are vast. Phrasal verbs multiply its creativity but are very confusing to learners. «to make up» has many meanings according to the surrounding context. Change the preposition (or adverb) partical and the meaning changes radically. «To make of» may mean to interpret, for example, «to make over», «to make out» are some others.
Phrasal verbs may be invented during conversation. «You mean you just flashed away our money in a minute?», she screamed hysterically. ‘to flash away’ is not really a standard phrasal verb, but may communicate very well what the speaker intends.

Crystal Rice, BA English, Howard Payne University
English is one of the most difficult languages to learn because we take bits of grammar and pronunciation and such from other languages which means we have several exceptions to every rule of grammar.

Страшно?

Вы спросите, а как же все остальные научились разговаривать на английском?

Прежде всего, нужно понять, что уровень этих «всех научившихся» совершенно разный, от «I am Russian robot» до приличного. И тех, кто имеет плохое произношение, большинство.

Те, кто имел природную склонность к языкам, мог «влезть в шкуру» другого, умел сопереживать, играть как на сцене, эти люди разговаривают на необходимом уровне для получения более приличной работы.

Все остальные «махнули на себя рукой» и продолжили разговаривать на псевдоанглийском как Равшан и Джамшут.

Именно «для неспособных взрослых» судьба подарила нам Михаила Шестова, который разработал свой единственный в своём роде метод обучения любого человека произношению на английском языке на очень хорошем уровне.

Благодаря М. Шестову, мы знаем, что человек сможет услышать слово, если он сначала научится это слово правильно произносить.

Мы можем видеть, слышать, воспринимать лишь то, что есть в нас самих, ибо мы воспринимаем мир собою.

Человек не сможет увидеть даже цвет, если предварительно не получит его описание в детстве.

Индейцы не смогли увидеть корабли Колумба, так как не имели в своём разуме представления о том, что подобное может существовать. Они видели лишь рябь на воде от кораблей, но самих кораблей не видели.
Мы верим не в то, что видим, а мы видим лишь то, во что верим.

М. Шестов уже давно находится вне территорий и государств. Получив за свои достижения вид на жительство в США и Дании, постоянно проживая в Америке и обучая лично и дистанционно, он также проводит выездные очные мастер-классы длительностью от 10 до 20 дней в городах России, Новой Зеландии, Киеве, Минске…

Поэтому у всех нас есть уникальная возможность «увидеть» английский с рекордсменом Книги рекордов Гиннесса Михаилом Шестовым.


Нью-Йорк:
+1 (917) 208-7434
Viber, WhatsApp


Москва:
+7 (495) 961-5509
+7 (926) 216-0242
Viber, WhatsApp

 
г. Москва, пер.Газетный, д. 9, стр. 2, оф. 33.

Расписание занятий



до 22 марта 2019 года - праздничная акция! Специальное предложение на ВСЕ заочные, очные, онлайн-курсы по методике Михаила Шестова!

21 марта 2019 года Бесплатный онлайн мастер-класс "Презентабельный английский язык"

Набор на весну "Английский и русский с авторизованными преподавателями. По методике Шестова. Москва.

Набор на весну "Английский для детей по методике Шестова. Москва.

С 6 по 14 апреля 2019 года Блиц-курс Михаила Шестова в Москве. Презентабельный английский в рекордные сроки! 44+ астрономических часа (9 дней).

В 2019 году Блиц-курс Михаила Шестова в Нью-Йорке. Презентабельный английский в рекордные сроки!

ОНЛАЙН-КУРСЫ

NEW! Онлайн-курс "Английский для начинающих". 40 уроков! Присоединиться можно в любое время - все уроки будут доступны с самого начала.

Заочно-дистанционный курс "Непрерывное развитие" (SupremeLearning Ongoing Progress) Свыше 80 часов закрытых мастер-классов в записи и 10 часов практических материалов с домашними заданиями.

SupremeLearning Бизнес-английский Открыт набор на новый заочно-дистанционный курс Михаила Шестова.

Открыта запись! Идет запись на "Дистанционный курс" по методу Шестова. Презентабельный английский, русский, лингвистическая машинопись под руководством Михаила Шестова и его команды. Записаться на курс и приступить к занятиям можно в любое время - все уроки будут доступны с самого начала.

Открыта запись! Онлайн-курс "Русский язык без ошибок: от А до Я" - один месяц. Записаться на курс и приступить к занятиям можно в любое время - все уроки будут доступны с самого начала.

ПОДАРОК — уроки Шестова!

Отзывы

Присоединяйтесь!